Она любила мечтать, и часто брала меня с собой помечтать на крыше дома.
Она часто ставила будильник , чтобы увидеть рассвет, и ложилась спать обратно.
У нас были одинаковые кошельки.
Она курила только Marlboro.
Она быстрее меня решала любую логическую задачу, а потом издевалась.
Я многое врал про нее, потому что правда покажется еще большей ложью.

Она сломала дорогущий телефон на четвертый день после покупки.

Еще все думали, что у нее линзы.

Мы открыли с ней много звезд.

Она очень любила туман.

Она не ела бананы.

Ее нет

Я рад последними известиями поступившими из америки,  так сконденсировать внутренние противоречия, да так лихо их мобилизовать, да так лихо выплеснуть, это нужно быть сильным и бесстрашным человеком. Когда человек не боится смерти, он непобедим. ВОт почему западная культура навязывает нам, что нужно держаться за ТВ, бытность раба, и чизкейк на выходных. А не предпочесть смерть справедливости и правде. 
"Даже смерть не страшна, если в этом победа твоя" 

А самое тут главное, что Майор не сублимировал внутреннею энергию на рисовании картины хуем, например, а направил в нужное русло, видимо, подстегивало его жажда справедливости, видимо, изнутри узрел он то блядство, что творится. Скоро все поймут, увидят, осознают. И возьмут ружье/нож/ факел, и придет пиздец всем кто хочет больше, того чего заслуживает.

Дети с пороком счастья

Пока солнце сражается за свое господство, я сражаюсь со своей скукой и обыденностью времяпрепровождения,  и я неминуемо проиграю, просто потому что этим движет сила необходимости.

 Но ради проблесков света, показывающих истинную красоту мира, ради пары минут яркости в застланном серым туманом дне, ради того живительного тепла, приводящего все живое в движение, эта борьба стоит того. 

Каждый раз, занимаясь чем-то, непреодолимая тяга сбросить с себя груз ответственности, заставляет нас возлюбить бездействие. И каждый раз бездействие, подчеркивающие жирным пунктиром  бессмысленность твоей жизни, заставляет оправдать свое существование деятельностью. Замкнутый круг истинного несчастья. Не одно занятие в мире, в сущности, не может приносить удовольствия, как только это становится обязательным и обретает рамки.  Самоудовлетворение растворяется, в желании кому-то понравится, творчество становится захватом теней прошлых творений, интерпретируемое по установленным задачам и согласно размерам клетки. И становишь несчастным, даже тогда, когда твое занятие приносит тебя удовольствие, возникает внутренние противоречие, все становится рутиной, что оплачивается и имеет сроки, все становится пресным, что требует опираться на формат и «незыблемые идеалы» . Мы все просто шахматы на игровом поле, наши ходы предопределены заранее, и колеблются вариациями в зависимости от статуса и положения. Но за рамки поля, тебе никогда не выйти. Все мы истинно несчастны. И пусть кому-то нравится свое положение Ферзя, но он еще более несчастен, так как груз ответственности и всеобщее внимание, заставляют его делать ненавистное ему дело с особой чательностью, исключая всякое удовольствие.